Современная литература Финляндии – богатство голосов

Финскaя литературa идет дальше, чем когда-либо. Присоединяйтесь к нашему обзору прозы, поэзии и издательского дела.

Читать статью

Бертольт Брехт заметил когда-то, что финны умеют молчать сразу на двух языках. Тем не менее пишут они на трёх языках – финском, шведском и саамском, а общее количество публикуемых книг весьма и весьма велико. Ежегодно в Финляндии выходит 13 000 – 14 000 наименований, из которых свыше 4 500 составляют новинки. Большее количество книг в пересчете на душу населения издается только в Исландии.

Финны – необычайно активные читатели, и во многом это заслуга развитой сети бесплатных библиотек. Обеспечение для всех свободного доступа к миру знаний – один из важнейших принципов культурной политики страны. Статистика также показательна: каждый житель страны берет в среднем в библиотеке по 19 книг в год. Немалую роль играют библиотеки и в жизни писателей, поскольку гранты, выдаваемые Советом библиотек, позволяют авторам сосредоточится исключительно на литературном творчестве.

Любовь к чтению прививается в семьях с раннего детства: по статистике более 70% родителей читает детям вслух. Высокие навыки чтения финских школьников подтверждают также исследования «Программы по международной оценке образовательных достижений учащихся» (PISA). Несмотря на мировую популярность диснеевских персонажей, любимыми героями финских детей по-прежнему остаются муми-тролли, созданные всемирно известной финской писательницей Туве Янсон, и мальчуган Ристо Рэпер, увлекательную историю о котором придумали Синикка и Тийна Нопола. В целом по статистике каждый третий финн ежемесячно прочитывает какое-нибудь художественный текст, и эти цифры остаются неизменными с 2000 года.

Финская литература идёт семимильными шагами вперёд

Книги в электронном формате, т.н. Э-книги всё чаще и чаще появляются на рынке Финляндии. Сегодня идёт усиленное участие в разработке действий издательств, книжных магазинов и даже телекоммуникационных операторов, таких как Элиза, чей торговый зал представлен здесь.© Elisa

Даже экономический кризис и постоянно растущая конкуренция за читательское свободное время – чтение, как известно, требует времени – не уменьшили продаж художественной литературы в Финляндии. По результатам исследования 2008 года 16 % финнов покупает более десяти книг в год. Лишь в 2010 году, впервые за много лет, общие цифры продаж книжной продукции по стране снизились на десять процентов. В Финляндии по-прежнему хорошо изданная книга считается лучшим подарком. Однако это не мешает росту спроса на более дешевые книги в мягких переплетах, которые теперь появляются на книжных полках одновременно с более дорогими изданиями.

Всё большую популярность приобретают в Финляндии читательские клубы, литературные блоги и книжные сообщества в социальных сетях. Несмотря на то что чтение дело сугубо индивидуальное, многим хочется поделиться с другими впечатлениями от прочитанного, ведь литература по-прежнему продолжает объединять людей.

Удостоенная награды книга Софи Оксанен "Очищение" является очень популярной в почти 40 различных странах. Слева направо: в Великобритании, Германии, Швеции, Венгрии, Италии и Исландии. (Нажмите на фотографии малого размера - они раскроются перед вами в полном объёме)

Удостоенная награды книга Софи Оксанен “Очищение” является очень популярной в почти 40 различных странах. Слева направо: в Великобритании, Германии, Швеции, Венгрии, Италии и Исландии. (Нажмите на фотографии малого размера – они раскроются перед вами в полном объёме)

Современные издательские технологии, такие как «печать по требованию» (print-on-demand) и электронные книги, перевернули представление о традиционном издательском деле. В Финляндии появились небольшие профессиональные издательства, которые специализируются на выпуске художественной и научно-популярной литературы отечественных авторов и лишь частично литературы переводной. Одновременно в стране стали создаваться и первые литературные агентства, представляющие интересы финских авторов и договаривающиеся о публикации их произведений за рубежом. Традиционно эту функцию выполняли сами авторы или издатели.

Спрос на современную финскую литературу за рубежом растет: ежегодно публикуется около 200 книг, переведенных более чем на 40 языков мира. Лидером по количеству издаваемых переводов с финского является Германия, за ней следуют Швеция и Эстония, немало финских литературных текстов существует и на японском языке. Литература Финляндии становится все более известной, для переводчиков организуются специальные курсы, проводятся семинары, особое внимание уделяется маркетингу. Информационный центр финской литературы FILI (Finnish Literature Exchange) серьезно готовится к предстоящей в 2014 году Франкфуртской книжной ярмарке, куда Финляндия приглашена в качестве специального гостя.

Информационный бюллетень FINFO, который вы сейчас держите в руках, посвящен литературе Финляндии первого десятилетия XXI века. Что нового появилось за это время на книжном рынке? Поколение писателей, родившихся в 1970–1980 годы, упрочивает свои позиции на писательском рынке, авторы все чаще переходят границы жанров и пробуют себя в разных областях творчества, они пишут стихи и прозу, литературу для взрослых и для детей.

Особым явлением становится и литература иммигрантов. В Финляндии к писательской деятельности всегда относились с уважением, именно поэтому здесь так развита система финансовой поддержки литературного творчества. На подготовку книги писатель может получить целевой грант сроком от шести месяцев до пяти лет.

Литературное многоголосие современной Финляндии можно теперь услышать и далеко за ее пределами.

Нина Пааволайнен
журналист и продюсер

О финской прозе

Слева: "Семь братьев" Алексиса Киви (1870) считается первым значимым романом, написанным по-фински. Справа: финский национальный эпос "Калевала" явился основой для популярной детской книги о собаках Калевалы от Маури Куннаса

Слева: “Семь братьев” Алексиса Киви (1870) считается первым значимым романом, написанным по-фински.
Справа: финский национальный эпос “Калевала” явился основой для популярной детской книги о собаках Калевалы от Маури Куннаса

Литература Финляндии первого десятилетия ХХI века – достойный участник общемирового литературного процесса, хотя на фоне прочих национальных литератур она совсем молода : первым мастером финноязычной прозы по праву считается Алексис Киви, чье творчество приходится на вторую половину XIX века, а карело-финский национальный эпос «Калевала» был издан Элиасом Леннротом лишь в 1835 году.

О значительности этого произведения говорит тот факт, что легенды и герои  «Калевалы» знакомы даже тем финнам, кто не читал эпос. Красочная «Собачья Калевала» (KoirienKalevala, 2006) Маури Куннаса и облегченная «Калевала для детей» (2002) чрезвычайно популярны у современных читателей. «Калевала» переведена более чем на 60 языков. Самая известная книга Алексиса Киви «Семеро братьев» (Seitsemän veljestä, 1870) продолжает оставаться любимым произведением и источником вдохновения для многих нынешних писателей. Именно в нем впервые зазвучали такие важные для всей финской литературы темы, как противостояние города и деревни, природы и цивилизации.

Лидерами продаж в Финляндии, как и везде в мире, являются детективы (Матти Юрьяна Йоэнсуу/ Matti Yrjänä Joensuu, Леэна Лехтолайнен/ Leena Lehtolainen), триллеры (Илкка Ремеc/ Ilkka Remes), эпические семейные саги (Лайла Хиэтамиес/ Laila Hietamies) и современная женская городская проза, сформировавшаяся под влиянием чиклит – «литературы для цыпочек» (Катья Каллио/ Katja Kallio). В число отечественных бестселлеров входят также сборники комиксов (Юба/ Juba и его герои Вииви и Вагнер).

Помимо книг этих жанров в Финляндии издается немало и другой качественной художественной литературы, по тематике и многообразию стилей далеко выходящей за пределы маленькой страны.

Роман Софи Оксанен «Очищение» (2008) стал одним из самых ярких международных литературных событий последних лет, оказавших заметное влияние на развитие жанра исторической прозы. Недавняя история Европы и финско-эстонские взаимоотношения нашли отклик у читателей всего мира, вызвав интерес даже за океаном. Только в Финляндии было продано более 160 000 экземпляров этого романа.

Интерес к книге можно объяснить несколькими факторами. Решительная позиция автора в отношении недавней истории Эстонии, смелый взгляд на события Второй мировой войны, непростые взаимоотношения победителей и побежденных – все эти темы, поднятые в книге, вызвали бурное обсуждение. Герои превращаются в проигравших, но ведь на войне все что-то теряют, а нередко даже самих себя.

Софи ОксаненФото: Toni Härkönen

C. Оксанен нередко отступает от традиций реалистической прозы, ритм ее повествования формируется потоком необычных выразительных глаголов.
Строгий женский взгляд проникает в те закутки сознания, которым прежде был недоступен опыт собственного высказывания. Невысказанная скорбь обретает голос, который до этого никто не хотел слышать. Может быть еще и поэтому произведение С. Оксанен вызвало такой большой отклик у читателей. Национализм и женственность проходят лейтмотивом в истории трех поколений женщин. Война, которая никогда не обходится без унижений, оскорблений и стыда, подается через опыт женского тела и женского труда в их буквальном и символическом измерении.

Софи Оксанен – одна из самых ярких представительниц молодого поколения писателей: она с удовольствием встречается с читателями, часто выезжает за границу, чтобы рассказать о своем творчестве, свободно рассуждает на злободневные темы. Неудивительно, что СМИ все чаще пишут не столько о литературе, сколько о писателях как о некоем культурном явлении. Изменения в издательском мире, а также скандальные переходы писателей от одного издателя к другому еще больше способствуют поддержанию этого интереса.

В последние годы в жанре исторического романа появились и другие примеры, где тема формирования финского национального самосознания в ХХ веке обсуждается еще более детально. Прекрасным образцом такого смещения в ментально-исторические сферы является трилогия финского писателя Яри Ярвеля, последняя часть которой так и называется «Национальный ландшафт» (Jari Järvelä,Kansallismaisema, 2006). Главный герой – ровесник века, в 1938 году ему исполняется 38 лет, а в центре повествования – подробное описание мучительного становления общенациональной культуры.

Писатель Яри Терво (Jari Tervo) уже давно входит в число наиболее успешных финских авторов. С большим юмором и с забавными подробностями он описывает «простой народ» Северной Финляндии. Его трилогия, вышедшая на пороге второго десятилетия нового века, посвящена истории Финляндии, однако автор отказывается следовать в своем произведении хронологической логике. События первой части разворачиваются во времена холодной войны, в последней части историческим фоном служит период окончания Гражданской войны и послевоенные 1920-е годы. Произведения Я. Терво призывают по-новому взглянуть на поворотные моменты недавней истории, которые, по мнению автора, объединяет одна общая идея – борьба с коммунизмом.

Дебютный роман Леэны Парккинен «Вслед за тобой, Макс» (Leena Parkkinen Sinunjälkeesi, Max, 2009) пронизан духом старого Хельсинки 1920-х годов, однако вопросы, поднятые в романе, универсальны и затрагивают европейскую идеологию в целом. Сиамские близнецы Макс и Исаак путешествуют с цирком по Европе, и понятия другой и непохожий для них имеют совершенно особое значение: возможна ли жизнь в одиночестве, когда вы все время вместе?

Исторические романы

3425-literature3_b-jpg

История всегда была и продолжает оставаться неотъемлемой составляющей литературы Финляндии. Особенно в послевоенные годы, в период роста национального самосознания, художественная литература несла в себе хорошо ощущаемый идеологический заряд и вплоть до 1970-х годов играла важную роль в разговоре о построении государства с высоким уровнем благосостояния. Однако уже и до этого, в 1945 году, в свет выходит роман Мики Валтари «Синухе Египтянин», впоследствии переведенный на десяток языков, где сквозь описание исторических событий просматриваются идеологическая атмосфера эпохи писателя. Благодаря своим гуманистическим устремлениям Мика Валтари по праву считается одним из самых известных финских писателей, заслуживших мировую славу.

Навстречу миру

Пожалуй, если попытаться вывести некоторый общий знаменатель для литературного процесса Финляндии последних лет, то таковым может стать открытость молодого поколения писателей внешнему миру: они свободно перемещаются из страны в страну, от культуры к культуре. Заметно окрепла взаимосвязь между формой и содержанием.

География событий в произведениях необычайно широка: от Западной Эстонии в «Очищении» Софи Оксанен до Южной Сахары в романе Элины Хирвонен «Вдали от смерти» (Elina Hirvonen, Kauimpana kuolemasta, 2010), повествование в котором поочередно ведется от лица финна Пауля и от лица африканской девушки Эстер.

Действие романа Катри Липсон «Космонавт» (Katri Lipson, Kosmonautti2008) разворачивается в Мурманске 1980-х годов, далеком от финского читателя и в географическом, и в культурном отношении. Обычный школьник из спального района советского города мечтает стать космонавтом, но в то же время страстно влюбляется в свою учительницу. Вдохновленная русскими классиками, Катри Липсон уверенными штрихами выписывает судьбы людей, события и встречи.

«Сад Дарвина» Кристины Карлсон (Kristina Carlson, HerraDarwinin puutarha2009) переносит читателя в Англию XIX века. Главный герой романа служит садовником у Чарльза Дарвина в графстве Кент. Жизнь маленькой деревушки показана глазами ее обитателей, и этот материал дает возможность писательнице поднять серьезные вопросы, которые не перестают мучить современного человека.

 

Мийка Ноусиайнен непростые отношения финнов с западными соседями подает через призму трагикомедии. Главный герой его романа «Беженец малиновой лодки» (Miika Nousiainen Vadelmavenepakolainen, 2007) стремится любой ценой стать шведом. Серьезное это намерение или внезапная причуда – без иронического взгляда не разобраться. Научно-фантастический роман Йоханны Синисало «Птичьи мозги» (Johanna Sinisalo Linnunaivot, 2008) оставляет молодую пару один на один с природой Новой Зеландии, а жанр философской эссеистики представляют кристально ясные тексты Леэны Крун (Leena Krohn).

Приятно отметить, что постепенно растет число писателей-иммигрантов, их голос в общем литературном многоголосии становится все более заметным. Литературные конкурсы всегда были популярны в Финляндии, и именно благодаря им издательства продолжают находить новые имена. Дебютный роман победительницы литературного конкурса для иммигрантов словачки Александры Салмела называется «27, или Смерть создает художника» (Alexandra Salmela 27, eli kuolema tekee taiteilijan, 2010). Это не просто роман о трудностях иммигрантской жизни в Финляндии, это свежий взгляд на современное финское общество.

Главная героиня романа Александры Салмела, девушка по имени Энджи, вдруг неожиданно решает, что она, во что бы то ни стало, должна прославиться, прежде чем ей исполнится 27 – ведь именно в этом возрасте погибли все ее кумиры, включая Джими Хендрикса. За вдохновением она отправляется в Финляндию, в обычную деревню и знакомится с ее жителями, не менее странными, чем она сама. Одной из самых сильных сторон произведения А. Салмела можно назвать авторскую легкость в использовании разных языковых регистров и стилей, приправленную иронией по отношению к окружающему миру. Право голоса получает даже плюшевый поросенок

Семья, быт и отношения полов

В романе Александры Салмела есть и еще один важный герой – домохозяйка, которая стремится стать идеальной матерью и уверенной в себе женщиной, однако ее тщетные попытки вызывают и смех, и слезы. Стоит отметить, что в последние годы теме семьи, быта и взаимоотношений полов уделяют внимание, как писатели-женщины, так и писатели-мужчины. Социальные перемены, произошедшие в обществе: глобальный экономический кризис и последовавший за этим повышенный интерес к экономическим вопросам, социальное расслоение финского общества и всеобщая раздробленность постиндустриального мира – все это оказывается ярко отражено на страницах современной прозы Финляндии.

Одной из первых отреагировала на изменения в финском общественном сознании писательница Пиркко Сайсио – не случайно ее последний роман называется «Неприемлемость» (Pirkko Saisio Kohtuuttomuus2008). Злободневных вопросов касается в своем творчестве и Внимание Аньи Снельман тоже устремлено на острейшие проблемы последнего времени – ее роман «Балконные боги» (Anja Snellman Parvekejumalat2010) рассказывает о жизни девушек-мусульманок в Финляндии.

После того как от главного героя романа Кари Хотакайнена «Улица Окопная» (Kari Hotakainen Juoksuhaudantie, 2002) уходит жена, он решает купить и отремонтировать для нее дом в надежде, что так он сможет вернуть разрушенную семью. Он пытался помогать вести хозяйство, чтобы хоть как-то умилостивить жену, но все оказалось безрезультатно. Ситуация, до боли знакомая финнам: герой, сжав зубы и стиснув кулаки, наперекор всем разумным доводам, стремится любой ценой решить семейную проблему.

В Финляндии роман имел грандиозный успех, он был назван книгой года Советом Северных стран и затем экранизирован. Новый роман автора «Человеческая доля» (Kari Hotakainen Ihmisen osa2009) в свойственной К. Хотакайнену юмористической манере показывает обратную сторону бесконечного стремления к успеху и достижению статуса в обществе. Как и раньше, именно женщина и мать проявляет по-настоящему разумный подход к делу.

Искусно выстроенный роман Рийкки Пулккинен «Истина» (Riikka Pulkkinen Totta2010) погружает читателя в мир шестидесятых. Одна из главных героинь романа нацелена на карьеру, и все окружающие вынуждены подстраиваться под эту идею, что не может не сказаться на семейных отношениях. С появлением в доме молоденькой няни, приехавшей из провинции, ситуация в семье еще больше осложняется. Центральной темой произведения становится любовный треугольник, однако этот сюжетный ход не мешает автору обращать внимание читателя к глобальным переменам в обществе, в том числе к противостоянию города и деревни, которое утратило былую остроту лишь, когда пришло новое поколение горожан, которые родились в 1960-х годах.

После того как от главного героя романа Кари Хотакайнена «Улица Окопная» (Kari Hotakainen Juoksuhaudantie, 2002) уходит жена, он решает купить и отремонтировать для нее дом в надежде, что так он сможет вернуть разрушенную семью. Он пытался помогать вести хозяйство, чтобы хоть как-то умилостивить жену, но все оказалось безрезультатно. Ситуация, до боли знакомая финнам: герой, сжав зубы и стиснув кулаки, наперекор всем разумным доводам, стремится любой ценой решить семейную проблему.

В Финляндии роман имел грандиозный успех, он был назван книгой года Советом Северных стран и затем экранизирован. Новый роман автора «Человеческая доля» (Kari Hotakainen Ihmisen osa2009) в свойственной К. Хотакайнену юмористической манере показывает обратную сторону бесконечного стремления к успеху и достижению статуса в обществе. Как и раньше, именно женщина и мать проявляет по-настоящему разумный подход к делу.

Искусно выстроенный роман Рийкки Пулккинен «Истина» (Riikka Pulkkinen Totta2010) погружает читателя в мир шестидесятых. Одна из главных героинь романа нацелена на карьеру, и все окружающие вынуждены подстраиваться под эту идею, что не может не сказаться на семейных отношениях. С появлением в доме молоденькой няни, приехавшей из провинции, ситуация в семье еще больше осложняется.

Центральной темой произведения становится любовный треугольник, однако этот сюжетный ход не мешает автору обращать внимание читателя к глобальным переменам в обществе, в том числе к противостоянию города и деревни, которое утратило былую остроту лишь, когда пришло новое поколение горожан, которые родились в 1960-х годах.

Микко РимминенФото: Heini Lehväslaiho

Пожалуй, одним из самых захватывающих описаний жизни женщины среднего возраста оказался роман Микко Римминена «День носа» (Mikko Rimminen Nenäpäivä, 2010), ставший в Финляндии в 2010 году бестселлером.

Главная его героиня, Ирма, отправляется на поиски друзей и новых знакомств, искусно пытаясь выдать свои истинные намерения за научный опрос потребителей. Ирму можно назвать типичной финкой: она больше думает, чем говорит, а ее застенчивость сродни неприветливой угрюмости. Тем не менее, Ирма – обычный современный человек, испуганный и одинокий, ищущий поддержки и надеющийся на понимание. Для автора – а это, по-видимому, примета нового писательского поколения – язык не только средство, но и объект рефлексии. Впрочем, дебютировал Римминен именно как поэт.

Жуткую картину страданий маленькой девочки изображает в своем романе «День конфет» Маркус Нумми (Markus Nummi Karkkipäivä, 2010). Доведенная до крайности женщина оказывается жертвой своих собственных устремлений. В гущу событий вовлечен молодой отец, сценарист, который не понимает, что ему делать с той ролью, которая ему определена в семье и в обществе. Неуверенность и страх не оправдать возложенные на него ожидания приводят героя в полное замешательство.

Нина Пааволайнен

Об издании книг в XXI веке

Братья Тоуко (в первом ряду слева) и Алекси Силтала (в первом ряду справа) из Издательства Силтала с некоторыми из писателей : Пиркко Сайсиo, Лина Ландер, Кари Хотакайнен и Ханну РайттилаФото: Laura Malmivaara

В 2008 году братья Тоуко и Алекси Силтала открыли издательство Siltala Publishing. Сегодня издательство публикует около двух с половиной десятков книг в год: чуть больше половины их них приходится на художественную литературу, остальную часть составляют научно-познавательные издания. Примерно четверть наименований от всего объема – переводная литература. Оба издателя имеют большой опыт в книжном бизнесе и любезно согласились ответить на вопросы о состоянии и развитии издательского рынка Финляндии

Нина Пааволайнен: Меняются ли пристрастия финских читателей, какая литература пользуется бóльшим спросом – отечественная или переводная?

Тоуко Силтала:Ситуация за два последних десятилетия довольно сильно изменилась. Объем продаж на книжном рынке практически не меняется, но раньше переводной литературы издавалась несколько больше. В последнее время нет прежнего спроса на качественные переводы. Сейчас на успех у читателя влияет скорее общая популярность автора, а не оценки критиков. Это верно и относительно отечественных писателей: чем чаще они становятся объектом интереса СМИ, тем выше уровень продаж их книг. Даже в женских журналах и других глянцевых изданиях материалам о писателях отводится немалое место.

Алекси Силтала:В последнее время стало больше фильмов по книгам отечественных авторов, передача прав на экранизацию происходит теперь довольно быстро, так что это тоже в определенной мере подогревает интерес к финской литературе.

НП:Какая в Финляндии издается научно-познавательная литература? Насколько успешно она продается?

АС: Политическая история всегда интересовала финнов, особенно история Финляндии и ее ближайших соседей. Подтверждением тому является успех романа Софи Оксанен. У такой литературы есть свои постоянные читатели. Молодежь уже не помнит Советского Союза, холодная война им неинтересна. А вот многие выдающиеся личности прошлого столетия, такие как президент Финляндии Урхо Кекконен или маршал Маннергейм, по-прежнему вызывают жгучий интерес. Я бы даже сказал, что у ранней истории Финляндии теперь гораздо больше почитателей, чем раньше. Но спектр читательского внимания продолжает расширяться, например, особым спросом сейчас пользуется литература о Китае.

НП: В последнее время многие писатели стали переходить из одного издательства в другое. Раньше они сохраняли верность одному издательству практически всю свою писательскую жизнь. Связано ли это как-то с переменами в издательском мире или это вызвано сменой установок самих писателей?

ТС:У писателей, рожденных в 1960–70-х годах, абсолютно иное представление об отношениях автора и издателя. Безусловно, они заинтересованы в хорошем редакторе, но при этом они хотят видеть и тщательно продуманную маркетинговую стратегию. Нередко встает вопрос и о зарубежных правах, хотя, конечно, прямые контакты по-прежнему имеют очень важное значение. Те же, кто дебютировал в 70-х годах, представляли весь процесс несколько иначе: для них связь издателя и автора была чем-то сродни браку, ведь автору были гарантированы разные формы поддержки, в том числе и финансовой, в виде авансов. То, что современные писатели издаются в разных издательствах, совсем не плохо. Независимость творческим людям только на пользу.

АС:Доступность и живое участие – это самое главное. Многие авторы хотят, чтобы издатели относились к ним как к редким клиентам в дорогом бутике: с уважением, улыбкой и постоянной готовностью мгновенно решить любую проблему.

НП: Вы часто бываете на международных книжных ярмарках, знакомы со многими зарубежными издателями. Можно ли сказать, что интерес к литературе Финляндии в мире возрос?

ТС:Возрос, и при этом значительно. Успешные финские авторы, такие как Арто Паасилинна, а теперь и Софи Оксанен, безусловно, проложили дорогу всем остальным, но ведь скандинавские страны и в географическом отношении теперь стали гораздо более популярны. Зарубежные коллеги интересуются новинками финской литературы, ищут новые имена, спрашивают о победителях литературных премий – раньше такого не было. Сейчас уже вполне очевидно, что понятие «финский писатель» действительно что-то значит.

АС: Теперь, обсудив новинки ярмарки, зарубежный издатель почти сразу же переходит к серьезному разговору об авторах. Интерес к финской литературе действительно неподдельный, и в последние годы такие беседы случаются все чаще и чаще. Успех северных детективов послужил отправной точкой популярности всей скандинавской литературы в целом.

Поэзия Финляндии XXI века

В Финляндии ежегодно публикуется двести стихотворных изданий

В Финляндии ежегодно публикуется двести стихотворных изданий

Из всех видов современной финской литературы, пожалуй, именно поэзия отличается тем настроением и многообразием, которое вселяет оптимизм. Почти двести поэтических сборников в год – цифра, прямо сказать, для такой небольшой страны, как Финляндия очень серьезная: стихи печатают как старые издательские дома, так и молодые издательства, ряд сборников издается силами отдельных поэтических объединений. Современные цифровые технологии «печати по требованию» позволяют выпускать именно то количество экземпляров, которое востребовано.

Поэтичность финнов заложена в самом языке, а песня с оттенком легкой меланхолии издавна считается визитной карточкой финского самовыражения. Истоки характерных для современной поэзии перформативных форм можно отыскать в недавнем фольклорном прошлом: еще в начале XIX века в деревнях можно было встретить рунопевцев, которые исполняли калевальские руны. Поэтические посиделки начала XX века за истекшее столетие постепенно трансформировались в поэтические перформансы, где стихи не только декламируются или поются со сцены, но и демонстрируются с помощью мультимедийной техники.

Сейчас поэты много ездят по стране с выступлениями. К примеру, где бы ни выступала Хели Лааксонен (Heli Laaksonen), автор стихов на одном из диалектов финского языка, залы всегда полны слушателей, а ее поэтические сборники выходят десятитысячными тиражами.

Поэзией сегодня интересуется даже телевидение: передача «Поэтический совет» вот уже несколько лет выходит в одно и то же время и пользуется большой популярностью у зрителей. Формат передачи, которая создана именно в Финляндии, можно назвать уникальным. Поэты представляют на суд зрителей свои новые тексты. Для каждого эфира избирается новое жюри, которое потом оценивает и анализирует представленные стихотворения. Сложно придумать более удачный способ познакомить широкий круг читателей с новинками той литературы, у которой сложилась устойчивая репутация коммерчески неуспешной.

Поэтический бум нулевых годов отчетливо показал, что поэзия в Финляндии прочно ассоциируется с поколением молодых читателей и писателей. Стихи стали своеобразным «коридором» в писательский мир: пишущие молодые люди, родившиеся в 1980-е годы, все чаще дебютируют именно с поэтическими сборниками, хотя позже они пробуют себя и в других жанрах. Это вполне типичная черта литературной среды современной Финляндии: многие авторы пишут как стихи, так прозу.

 

Сайла СусилуотоФото: Pekka Holmström

По современным стихам хорошо видно, что наиболее активные их авторы, рожденные в 1970–1980-е годы, представляют поколение «хай-тек». При создании поэтического текста они используют не только различные компьютерные программы и цифровые материалы, но и технику «найденного материала» (found object), которую можно также встретить в современном изобразительном искусстве. Поисковые машины помогают собрать в сети языковой материал, который затем берется и заново выстраивается поэтами. Подобные эксперименты по материализации языка проводят такие авторы, как Хенрийкка Тави (Henriikka Tavi), Теэму Маннинен (Teemu Manninen), Харри Салменниеми (Harry Salmenniemi).

Таким образом, многие поэтические понятия эпохи модернизма ставятся под сомнение авторами XXI века. Этот процесс имеет гораздо более долгую историю: еще в 1990-е годы молодые тогда поэты Хелена Синерво (Helena Sinervo), Юрки Киискинен (Jyrki Kiiskinen), Юкка Коскелайнен (Jukka Koskelainen), Томи Контио (Tomi Kontio) и Рийна Катаявуори (Riina Katajavuori) решили порвать с традициями послевоенного модернизма и смело бросали вызов форме, образности и традиционному лирическому «я». Они вывели разговор о поэзии на новый уровень, а также способствовали созданию различных поэтических объединений, в рамках которых теперь работает самое молодое поколение.

В настоящий момент активный разговор о поэзии ведется в основном в Интернете. В Финляндии издаются литературные журналы, однако самые интересные обсуждения ведутся на страницах блогов писателей и литературных критиков. Лучшие образцы подобных заметок по концентрации мыслей сравнимы с хорошей эссеистикой.

Шведоязычная литература Финляндии

Эко-терроризм в Хельсинки представлен в "Камере обскура" Йоханны Холмстром, "Блеск сцены" Моники Фагерхолм (справа) является продолжением "Американской девушки" (в центре). Фагерхолм является одной из самых переводимых авторов Финляндии

Эко-терроризм в Хельсинки представлен в “Камере обскура” Йоханны Холмстром, “Блеск сцены” Моники Фагерхолм (справа) является продолжением “Американской девушки” (в центре). Фагерхолм является одной из самых переводимых авторов Финляндии

Шведоязычная литература в Финляндии живет собственной жизнью: в год выходит примерно 200 книг, лишь немногие из них переводятся на финский, еще меньше представлено на книжном рынке в Швеции. Издательства, выпускающие художественную литературу, можно перечесть по пальцам; у научной литературы больше каналов — как профессиональные издательства, так и локальные организации.

Литература, которая пишется для 300 000 человек, крайне редко оказывается достаточно популярной, чтобы приносить большую прибыль издательствам, а потому издатели зависят от продаж учебной литературы и финансовой поддержки частных фондов, чей совместный капитал во много раз превосходит капитал Нобелевского фонда. Финансирование литературы, которая пишется меньшинством и для меньшинства — для частных фондов очевидная необходимость: наравне со шведоязычными радио- и телеканалами и множеством ежедневных газет литература является основой для сохранения и развития языка, объединяющего национальное меньшинство.

Так малую литературу можно описать с точки зрения социологии. Но чтобы литература держалась на плаву, необходимо нечто большее. Она должна обладать аурой, саморефлексией, которые смогут служить источником вдохновения для новых и новых поколений художников. Вот некоторые черты, которые традиционно отличали эту литературу от литературы большинства в Швеции и Финляндии.

Эксперимент-игра

Многие считают 1910-е и 1920-е годы золотым веком финско-шведской литературы. На нее повлияли экспериментальные течения из Восточной Европы; владеющая многими языками, Эдит Сёдергран, чье детство прошло в Санкт-Петербурге начала ХХ века, стояла у истоков ницшеанской, страстной поэзии, существующей вне жестких форм. Кроме того, она ввела понятие андрогинности: «Я — средний род, ребенок, паж, дерзкое решение». Отголоски этого высказывания до сих пор звучат в творчестве молодых писательниц XXI века.

Моника Фагерхольм в романе «Дива» (1998) представляет обновленный, незаурядный и дерзкий женский образ. Она пишет о девушке, раскрепощенной как вербально, так и физически, не скованной никакими условностями. Подобные молодые и дерзкие женские персонажи можно найти, к примеру, у Ханнеле Микаэлы Тайвассало («У Андрея Крапла было пять ножей», 2007), у Катарины Грипенберг («На слайде голова переполнена счастьем», 1999, и «Возьми мою руку, это было бы странно», 2007), у Эвы-Стины Бюггмэстар в ее двух трилогиях о любви и счастье, у Ульрики Нильсен («Между Линн Санд», 2006) и Микаэлы Стрёмберг («Прекрасные кузины», 2008).

Для этих произведений, как прозаических, так и поэтических, также характерна эстетическая форма: здесь почти нет атрибутов реализма, причинно-следственные связи не прописаны, временные пласты расползаются и наслаиваются друг на друга, мироощущению свойственно беззастенчивое любопытство. Чтение этих книг подобно путешествию в совершенно особые миры, существующие по собственным законам; их тексты несут в себе мощный эмоциональный заряд, который странным образом передается и читателю.

Ханнеле Микаэла ТайвассалоФото: Cata Portin

Дефицит любви и крови

Несмотря на то, что в современной финско-шведской литературе установилась прочная экспрессивная, эмоциональная традиция, ниша для других, признанных жанров массовой литературы остается незаполненной. Здесь крайне редко пишут об убийствах, о любви или сексе — что во всем мире является обычным литературным материалом. Детективный жанр здесь представлен очень скромно, описания эротических сцен встречаются раз в десять лет, и даже любовный роман и роман отношений не стал популярным повествовательным жанром.

Неслучайно в 2011 году одно из двух крупных финско-шведских издательств объявило конкурс на лучший роман, открыто заявив, что разыскивается роман «с интригой», а редактор этого издательства в одном интервью спокойно заметил, что кроме сложного, экспериментального языка, в романе должен быть увлекательный сюжет. Проще говоря: издательству нужны писатели, способные создавать многотиражные произведения, в Финляндии слишком мало шведоязычных писателей, которых можно отнести к числу популярных авторов.

Чель ВестёФото: Katja Lösönen

Один из немногих, кто за последнее десятилетие регулярно вызывал восторг читателей и критиков, это Чель Вестё, и это понятно: ему не чужда действительность, он создает длинные сюжетные линии и силовые поля между персонажами, у него есть свой голос, который верные читатели узнают из романа в роман. Многие воспринимают его как талантливого художника, изображающего столичный город Хельсинки и перемены, произошедшие с ним в ХХ веке.

Другие писатели, которым тоже многие годы удается удерживать внимание читателей и критиков, это Улла-Лена Лундберг и Ларс Сунд. В своих романах они возвращаются в начало ХХ века, чтобы нащупать болевые точки в истории Финляндии; в то же время они создают яркие и незабываемые характеры. Эти три автора, наряду с Моникой Фагерхольм, могли бы найти читателей в любой стране. Моника Фагерхольм, кроме прочего, стала первой финско-шведской писательницей, получившей престижную шведскую премию — Премию Августа Стриндберга, а ее роман «Американка» вошел в топ-лист Опры Уинфри. Моника Фагерхольм принадлежит числу наиболее переводимых шведоязычных писателей Финляндии.

Другая жизнь за гранью реальности

Сейчас, в самом начале 2010-х годов, вырисовывается новое явление — тексты, сочетающие эксперимент с реализмом.

Многие молодые писатели создают такие гибриды, где на фоне пронзительного реализма неожиданно происходят сверхъестественные события. Готическая романтика ужасов, средневековые твари и привидения, которые запросто появляются в студенческих общежитиях, городских квартирах, на паромах. Среди молодых авторов особенно выделяется Юханна Хольмстрём. В одном из рассказов сборника CameraObscura (2009) она пишет о молодых экотеррористах, но постепенно переходит к описанию одержимости, граничащей с архаическими представлениями; постоянный мотив ее повествования — волк, животное опасное и неодолимо притягательное.

Роман-дебют Стефана Нюмана «Анна онлайн» (2008) так же последовательно описывает студенческую жизнь и отношения молодых людей, в то время как черные галки напоминают нам о жутком зверинце Эдгара По, и о беспредельном страхе беспомощной души.

В подростковой литературе, не очень богатой в последние десятилетия, можно увидеть те же трещины между миром осязаемым и миром иррациональным. Хенрика Андерсон и Мария Турчанинофф описывают взаимопроникновение разных реальностей. Мир необъяснимого является юным героям в образе древних фольклорных персонажей. Возможно, появление этих романов обусловлено глобальным бумом фэнтези, но в то же время они кажутся естественным продожением мира мумитроллей Туве Янсон и размеренных рассказов гранд-дамы Ирмелин Сандман Лилиус о маленьких городах и маленьких людях, с которыми в смутное время случаются поразительные вещи.

Слово «реализм», безусловно, не подходит для описания финско-шведской художественной прозы, но возможно, именно реализм является парадоксальным преимуществом литературы меньшинства: он создает особые миры, миры универсальные и горячо любимые членами тайного фан-клуба, от Уругвая до Японии.

Мария Антас
Координатор проектов, критик

ФИЛИ – Финская литературная биржа »
Финская ассоциация книгоиздателей »
Финский Институт Детской литературы »
Финское Литературное Общество »
Финское Общество Whodunnit » 
Городская библиотека Хельсинки »
Лахтинский Союз Международных писателей »
Современные финские писатели »
Национальная биография Финляндии » 
Шведское литературное общество Финляндии »
Союз финских писателей »
Шведское писательское общество в Финляндии »

Читать далее на сайте «Это Финляндия»

Ссылки